Александр Дюма. Собрание сочинений в 12 томах. Том 9

Автор: andrey4444. Опубликовано в Александр Дюма

Автор: Александр Дюма
Название: Том 9. Граф Монте-Кристо, части 5, 6. Сильвандир. Новеллы
Издательство: М.: Художественная литература, 1979 г.
Серия: Александр Дюма. Собрание сочинений в двенадцати томах
Тираж: 300000 экз.
ISBN отсутствует
Тип обложки: твёрдая
Формат: FB2
Страниц: 800
Размер: 3,26 Мб

Описание:
В девятый том Собрания сочинений А. Дюма входят: 5, 6 части романа «Граф Монте-Кристо», роман «Сильвандир», новеллы: «Кучер кабриолета», «Воды Экса», «Маскарад», «Правая рука кавалера де Жиака», «Паскаль Бруно».

40-е годы — время расцвета творчества Дюма. В этот период им созданы самые известные его романы. К этому же периоду относится и «Сильвандир» (1844). Роман был написан в соавторстве с постоянным сотрудником Дюма, Огюстом Маке, которому принадлежит черновой вариант.

Простота, изящество и зрелое писательское мастерство, отличающие эту сравнительно небольшую книгу, не остались без внимания читателей, в том числе и в России. Л. Н. Толстой, сравнивая романы Э. Роде «Мишель Тесье» и «Сильвандир», высказался в письме к С. Н. Толстой следующим образом: «Я читал «Michel Teissier». Как бездарно! Как все выдумано. Не видно той страсти, из-за которой он погубил все, и еще менее видна его, Тесье, талантливость. Рядом с этим читал старый роман Дюма-отца «Sylvandere». Какая разница. Бодро, весело, умно и талантливо, и sobre, и без претензий».

Завязка романа живо напоминает начальные главы «Трех мушкетеров». Молодой человек из древнего, но обедневшего дворянского рода приезжает в Париж, не имея с собой ничего, кроме шпаги да полупустого кошелька. В первые же дни благодаря своей учтивости и отменной храбрости во время дуэли он приобретает благородных друзей. У Роже-Танкреда есть письмо к старому другу отца. Подобное же письмо было и у д’Артаньяна; даже поверенного зовут мэтр Кокнар. Однако на этом аналогии кончаются. Роже приезжает в столицу с иной целью и совсем в иное время, чем герой «Трех мушкетеров». А во Франции за истекшие годы изменилось очень многое.

Из всех внутренних и внешних затруднений, которые испытывала страна в первой половине XVII века, ее могла вывести только уверенная в своих возможностях, сильная королевская власть. Поэтому режим абсолютизма, установившийся при Людовике XIV, был необходим и, в известном смысле, прогрессивен. Однако весьма скоро стали обнаруживаться и его отрицательные стороны. «Абсолютный без возражения», по словам Сен-Симона, Людовик искоренил в стране всякую инициативу, не исходившую от него самого. Со временем король сдерживал свои желания все меньше и меньше, причем это проявлялось и во внешней политике. Беззастенчивые захваты чужих владений (например, в 1681 г. французские войска без объявления войны заняли имперский город Страсбург) втянули Францию в бесконечные войны. Самой тяжелой для народа и страны оказалась война за Испанское наследство (1701–1714 гг.).

В 1700 году умер испанский король Карл II. Людовик заявил претензии на испанский престол на основании прав своей жены Марии-Терезии — сестры покойного короля. С теми же требованиями выступил и император Священной Римской империи Леопольд I Габсбург, женатый на другой сестре — Маргарите-Терезии. Людовику удалось добиться того, что в завещании Карла II испанская корона передавалась принцу Филиппу Анжуйскому, который в 1700 году стал испанским королем под именем Филиппа V. Французский король через своего брата фактически стал управлять Испанией (ему принадлежит фраза: «Нет больше Пиренеев!»). Обеспокоенные чрезмерными притязаниями Франции, Англия и Голландия выступили на стороне Леопольда.

Начавшиеся в 1701 году военные действия в Нидерландах, на Рейне, в Южной Германии и Италии быстро выявили неподготовленность французских войск и бездарность генералов Людовика, потерпевших несколько поражений от герцога Мальборо и принца Евгения Савойского. После разгрома армии Виллара при Мальплаке положение стало настолько безнадежным, что на переговорах в голландском городе Гертруденберге (1710 г.) Людовик вынужден был добиваться мира даже ценой отказа от испанского трона. Хотя в дальнейшем часть союзников покинула Леопольда (в 1711 г. на имперском престоле его сменил эрцгерцог Карл Габсбург) и Франции удалось частично стабилизировать положение, по Утрехтскому (1713 г.) и Раштаттскому (1714 г.) мирным договорам она лишилась политической гегемонии в Европе и потеряла ряд колоний.

Война вскрыла всю слабость режима Людовика, показала, что за внешним блеском правления «короля-солнца» скрывается внутренняя неустойчивость.

Приготовления к спору за Испанское наследство являлись, по выражению французского историка Менье, стержнем всей внешней политики в царствование Людовика XIV. Но Франции пришлось воевать с могущественной коалицией, имея лишь слабых союзников — Савойю, Баварию и Португалию. Денег и солдат не хватало. К концу войны схваченных контрабандистов стали в качестве наказания отправлять в армию. Родственник Кольбера генеральный контролер финансов Демаре, человек очень способный, все свое умение направлял на то, чтобы любым путем изыскать денег на войну. К концу царствования Людовика казначейство не имело никаких свободных фондов, а государственный долг доходил до миллиарда ливров. Хозяйство было совершенно расстроено. В довершение ко всем неудачам страну в 1709 году постигли чума и неурожай, а затем — голод, во время которого имелись случаи людоедства.

Итоги царствования Людовика, таким образом, свелись к тому, что жизнеспособность абсолютистского режима за эти годы сильно упала и ее хватило в дальнейшем только на семьдесят пять лет — немногим больше, чем процарствовал сам Людовик XIV.

Изменилась и придворная жизнь. Блестящий и шумный Версаль, некогда сверкавший молодостью и весельем, мало-помалу затихал, в то время как Людовик старился и все больше подпадал под влияние благочестивой г-жи де Ментенон.

Франсуаза д’Обинье, маркиза де Ментенон (1635–1719) была внучкой Агриппы д’Обинье (читатель уже встречал ее на страницах романа «Двадцать лет спустя»). Приехав из заморских колоний Франции и получив хорошее воспитание в монастыре, будущая г-жа де Ментенон начала вращаться в очень свободомыслящей литературной среде. Среди ее друзей были Нинон де Ланкло и поэт Скаррон, женой которого она стала. У Скаррона же она познакомилась с г-жой де Монтеспан, маркизой де Рошшуар, тогдашней фавориткой Людовика. После смерти Скаррона (1669) его вдова, воспользовавшись своими великосветскими связями, сделалась воспитательницей детей короля от г-жи де Монтеспан. Сначала Людовик не мог ее терпеть, но затем поддался очарованию ее ума и подчинился ее влиянию. Со временем привязанность короля росла все больше и больше, и в 1675 году он даровал своей даме сердца титул маркизы де Ментенон. Звезда маркизы де Монтеспан закатывалась; после смерти в 1683 году королевы Марии-Терезы Людовик сочетался тайным браком с г-жой де Ментенон.

Монастырское воспитание наложило на характер г-жи де Ментенон определенный отпечаток, а потому вся придворная жизнь вскоре приобрела черты показного благочестия. Отцы иезуиты, духовники короля и его супруги, становились весьма значительными фигурами. Подчиняясь желаниям духовников и Ментенон, король, на старости лет сам склонный к мистицизму, отменил в 1685 году Нантский эдикт. Печать благочестия лежала и на литературе, и на искусстве, и на придворных развлечениях. Сен-Симон замечает по этому поводу: «Жеманность и изысканность манер сохранились, но к ним прибавились важность и ханжество, сделавшееся вскоре отличительной чертой тогдашнего общества, поглотившей, по-видимому, все остальное».

В 1711 году умер сын короля дофин Людовик. В 1712 — старший сын дофина герцог Бургундский, а в 1714 — младший, герцог Беррийский. Возможным наследником престола, помимо Филиппа Анжуйского, ставшего испанским королем, оставался лишь второй сын герцога Бургундского (первый его сын умер в 1712 г.), будущий король Людовик XV. После смерти сына и внуков Людовик стал особенно молчалив и задумчив. Скука царила теперь над Версалем. «Какая пытка! — восклицала г-жа де Ментенон в своем интимном кругу. — Приходится забавлять человека, который уже не может забавляться».

Начавшееся с таким блеском царствование «короля-солнца» закончилось удивительной аудиенцией, напоминавшей фарс. Это был прием персидского посольства, явившегося, чтобы засвидетельствовать восхищение персидского шаха «самым великим монархом христианского мира». Прием был последним публичным появлением короля (он умер 1 сентября 1715 г.). Мемуары описывают его следующим образом: «Унылый вид короля внушал чувство почтительной жалости к нему и прибавлял ему величия…» Однако в тех же мемуарах говорится далее: «Многие утверждали, что этот посол был просто авантюрист, которым воспользовались для того, чтобы развлечь короля и заставить стряхнуть с себя меланхолию, напомнив ему его былое величие».

Всевластие г-жи де Ментенон, всюду насаждавшей порядки, соответствовавшие ее вкусам, вызывало протесты и насмешки со стороны значительной части дворянства. Не оставалась в долгу и Ментенон: за насмешливую песенку легко можно было на многие годы оказаться в Бастилии. В тюрьму попадали и те, кто не оказывал должного почтения религии. Так Франция, которой в начале своего царствования Людовик обещал веселье и справедливость, оказалась в плену подозрений и произвола.

Вот в какое время прибыл в столицу Роже-Танкред д’Ангилем, чтобы получить наследство своего умершего родственника. В «Сильвандир» читатель встречает излюбленные писателем и часто присутствующие в его книгах типы: верную возлюбленную — Констанс де Безри, преданного друга — маркиз де Кретте, хитрую и коварную интриганку — Сильвандир. Но все эти действующие лица описаны в значительной степени схематически. Более подробно разработан образ главного героя — Роже. Его переживания и размышления в тюрьме очень напоминают терзания Эдмона Дантеса (вспомним, что «Граф Монте-Кристо» писался примерно в это же время): он решает мстить за причиненные ему страдания. Но затем возникают другие проблемы: какова должна быть мера мести, где та граница, на которой следует остановиться, насколько допустимо воздавать обманом за обман и преступлением за преступление?

Непросто разобраться в подобной ситуации. Но Дюма и здесь, как и в других романах, выделяет одну главную мысль, основную идею и мерило человеческого поведения. Действовать надлежит так, чтобы возможно меньше противоречить собственной совести и чести, «ибо на этом свете существует только одно понятие о чести и только одна возможность сохранить ее».

НОВЕЛЛЫ А. ДЮМА

«Ничто не встречается реже, чем хороший рассказчик, — говорил один из лучших знатоков французской литературы Эмиль Фаге. — Большинство рассказчиков наскучивают». Дюма можно отнести к тем немногим писателям, которые не наскучивают никогда. Он обладал природным даром рассказчика, как Лафонтен — баснописца. Сам писатель смотрел на свое дарование чрезвычайно просто, заметив однажды: «У меня есть потребность рассказывать — и я рассказываю».

За свою долгую писательскую жизнь Дюма выпустил несколько сот рассказов, очерков, фельетонов, статей, рецензий и пр., не считая романов. Казалось бы, подобная плодовитость должна наносить серьезный ущерб тщательности отделки и увлекательности его произведений. Но именно здесь и раскрывается секрет творчества писателя. Он писал в самой ненавязчивой манере, представляя на суд читателей лишь то, что сам видел, слышал или мог вообразить. «Я, — пишет Дюма в новелле «Воды Экса», — перебрал, продумал свои впечатления и описал их для тех, кто прочтет эти строки; быть может, я сделал это плохо, но я не описывал ничего такого, чего бы не пережил».

Несомненно, нужно обладать большой способностью чувствовать и большим жизненным опытом, чтобы буквально в несколько страниц («Маскарад», 1834) вместить столько различных чувств. Невозможно и передать с таким мастерством весь колорит речи кучера, не зная жизни простых обитателей Парижа («Кучер кабриолета», 1832).

Мы привыкли представлять себе Дюма как мастера интриги, умеющего держать читателя в напряжении с первой и до последней страницы книги. И вот в новелле «Воды Экса» (1833) мы видим несколько иного Дюма, такого, каким он предстает в других описаниях путешествий и своих мемуарах. Мы встречаем здесь мягкий юмор, любование окружающей красотой. С интересом, свойственным увлеченному историку, Дюма описывает устройство картезианского монастыря, спальни монахов, даже тарелки, из которых они едят. И рассказ монаха воспринимается своеобразной вставной новеллой, не противоречащей, однако, целостному восприятию повествования.

«Воды Экса» появились в журнале «Ревю де Де Монд» через три года после Июльской революции. Следует указать, что она не оставила равнодушным писателя, который всегда сочувственно относился к революционным идеям. Дюма участвовал в общественной жизни столицы и даже выполнил ряд поручений возглавлявшего правительство генерала Лафайета. Когда революционное движение пошло на убыль, он примкнул к оппозиции, недовольной реакционной политикой Луи-Филиппа. В июле 1832 года Дюма принял участие в похоронах либерального генерала Ламарка, послуживших поводом для серьезных волнений. В форме артиллериста он шел в толпе демонстрантов; его узнавали и называли республиканцем. В одной газете даже сообщалось, что Дюма схвачен с оружием в руках и расстрелян. Шумиха, поднятая вокруг имени писателя, могла повредить ему, и придворные друзья (в том числе наследник престола герцог Орлеанский) посоветовали Дюма провести несколько месяцев за границей. Так он оказался в Швейцарии и посетил Савойю, входившую в состав Сардинского королевства, история которого от его возникновения до приезда Дюма вкратце такова.

Сардинское королевство существовало с 1720 по 1861 год; в его состав, кроме острова Сардиния, входили княжество Пьемонт (с центром в Турине), герцогства Аоста, Монферрат, Савойя и Генуя, а также графство Ницца. Основание ему было положено передачей Сардинии савойскому герцогу Виктору-Амадею II. В течение XVIII века короли Сардинии ориентировались то на Австрию, то на Францию. В 1796 году Наполеон принудил Виктора-Амадея III к миру, который практически уничтожил самостоятельность королевства; значительная часть его отошла к Франции. Затем сардинский трон занимали Карл-Эммануил I и его брат, Виктор-Эммануил I (1802–1821), который после падения наполеоновской империи принялся уничтожать все следы пребывания французов. Правительство дошло даже до того, что решило разрушить построенные ими дороги. Реакционная внутренняя политика вызвала к жизни многочисленные общества карбонариев и привела к офицерскому восстанию, в результате которого Виктор-Эммануил отрекся в пользу своего брата Карла-Феликса (1821–1831), со смертью которого старшая линия савойской династии угасла. На престол взошел представитель младшей линии — герцог Карл-Альберт Кариньянский, решительно отказавшийся от своих либеральных увлечений (герцог одно время был связан с карбонариями). При нем вновь возросло влияние католического духовенства, сохранялась строгая цензура. На следующий год после воцарения Карла-Альберта Дюма и приехал в Савойю.

По возвращении из путешествия писатель задумал большую серию романов, в которых он предполагал изобразить историю Франции со времен Столетней войны вплоть до начала XIX века. В числе первых романов этой серии была «Изабелла Баварская». Одновременно Дюма согласился написать для журнала «Ревю де Де Монд» (где печатались его «Путевые впечатления») ряд рассказов на исторические темы, в которых, как замечает А. Моруа, он довольно дерзко обращался с историей и к которым тем не менее историки относились довольно почтительно.

Сюда вошел и рассказ «Правая рука кавалера де Жиака» (1836), который по описанным в нем событиям как бы продолжает «Изабеллу Баварскую».

Согласно договору в Труа (1420 г.) права на французский престол переходили к Генриху V и его наследникам. Поэтому, когда в 1422 году умерли Генрих V и Карл VI, англичане и герцог Бургундский Филипп Добрый признали французским королем Генриха VI (которому в это время не было еще и года), а регентом при нем был избран герцог Бедфорд. Дофин Карл, владевший лишь небольшой территорией к югу от Луары {с центром в Бурже), также объявил себя королем, и в этом достоинстве его признала враждебная бургундцам партия арманьяков (сторонников Людовика, герцога Орлеанского, убитого в 1407 г., и Бернара VII, графа Арманьяка). Англичане с выгодой для себя использовали борьбу этих двух партий, которая в значительной степени способствовала их успехам. Поддержав Карла VII, арманьяки в сложившихся условиях выступили как поборники национальных интересов Франции. Но война с англичанами складывалась для молодого короля неудачно. После поражений при Кревене (1423 г.) и Вернее (1424 г.) он предоставил своим военачальникам действовать на собственный страх и риск, а сам развлекался, переезжая из замка в замок.

Одним из самых способных и энергичных военачальников Карла был Артюс де Ришемон, герцог Бретонский (1393–1458).

Сын герцога Жана V Бретонского, молодой Артюс активно участвовал в борьбе с англичанами и был взят в плен в битве при Азенкуре. Получив свободу, он примкнул к Карлу и в 1424 году был назначен коннетаблем.

Тут-то и произошла история, описанная Дюма. В 1425 году Генеральные штаты решили выделить значительную сумму на войну с англичанами. Одним из ближайших советников короля был в это время Пьер де Жиак (1380–1427), служивший ранее Жану Бесстрашному и королеве Изабелле. Жиак, будучи фаворитом и обладая правом подписывать королевские указы, потратил почти все собранные деньги на свои удовольствия, чем крайне затруднил действия Ришемона, армия которого понемногу разбегалась. Тогда Ришемон, пользуясь правами коннетабля, захватил Жиака, привез его в свое владение Дюн-ле-Руа и там казнил.

Рассказ написан Дюма с хорошим знанием источников, хотя писателем и допущена небольшая неточность: события, приведенные здесь, происходили годом позже.

Наконец, рассказ «Паскаль Бруно» (1838) переносит нас на Сицилию начала XIX века. В 1735 году австрийский король Карл VI уступил этот остров, а вместе с ним и город Неаполь, испанскому королю Карлу III Бурбону, который подарил их своему сыну Фердинанду IV (1759–1825) в качестве Королевства Обеих Сицилий, а тот предоставил управлять королевством своей жене Каролине. В 1798 году она убедила мужа объявить войну Франции. Плохо обученная и малочисленная неаполитанская армия, отданная под командование австрийского генерала Мака, заняла Рим, но затем вынуждена была отступить. Фердинанд бежал на Сицилию, а французский главнокомандующий Шампионне провозгласил ликвидацию королевства и учреждение так называемой Партенопейской республики (январь 1799 г.). Новая республика просуществовала недолго. Уже в феврале в Калабрии высадился кардинал Фабричио Руффо, главный викарий Неаполя; к созданной им армии примкнуло большинство сельского населения и много разбойничьих отрядов. В мае французы очистили Неаполь, в гавань которого вошел английский флот адмирала Нельсона. Сторонники республики (в значительной степени по настоянию английского адмирала) подверглись страшным гонениям. В июле вернулся в Неаполь король Фердинанд. В 1805 году, когда началась война третьей коалиции против Франции, он открыл порты королевства англо-русскому флоту, что послужило поводом для захвата Неаполитанского королевства французами в 1806 году.

Незадолго до этих последних событий и происходят все приключения «благородного разбойника» Паскаля Бруно, во многом напоминающего Луиджи Вампа в романе «Граф Монте-Кристо».

Рассказы, помещенные в данном томе, отличаются друг от друга по своей структуре, языку и ритму повествования. Тем не менее они сходны в одном: в них, как и везде, писатель ставит выше всего идеалы любви, чести и справедливости.

Содержание:
Александр Дюма. Граф Монте-Кристо, части 5, 6 (роман, перевод Л. Олавской)
    Часть пятая
        I. Нам пишут из Янины, стр. 7
        II. Лимонад, стр. 22
        III. Обвинение, стр. 31
        IV. Жилище булочника на покое, стр. 36
        V. Взлом, стр. 51
        VI. Десница господня, стр. 62
        VII. Бошан, стр. 68
        VIII. Путешествие, стр. 73
        IX. Суд, стр. 83
        X. Вызов, стр. 94
        XI. Оскорбление, стр. 99
        XII. Ночь, стр. 107
        XIII. Дуэль, стр. 114
        XIV. Мать и сын, стр. 124
        XV. Самоубийство, стр. 129
        XVI. Валентина, стр. 137
        XVII. Признание, стр. 143
        XVIII. Банкир и его дочь, стр. 153
        XIX. Брачный договор, стр. 160
        XX. Дорога в Бельгию, стр. 169
    Часть шестая
        I. Гостиница «Колокол и бутылка», стр. 175
        II. Закон, стр. 185
        III. Видение, стр. 193
        IV. Локуста, стр. 199
        V. Валентина, стр. 203
        VI. Максимилиан, стр. 208
        VII. Подпись Данглара, стр. 216
        VIII. Кладбище Пер-Лашез, стр. 225
        IX. Дележ, стр. 236
        X. Львиный ров, стр. 248
        XI. Судья, стр. 254
        XII. Сессия, стр. 262
        XIII. Обвинительный акт, стр. 267
        XIV. Искупление, стр. 273
        XV. Отъезд, стр. 280
        XVI. Прошлое, стр. 290
        XVII. Пеппино, стр. 301
        XVIII. Прейскурант Луиджи Вампа, стр. 310
        XIX. Прощение, стр. 316
        XX. Пятое октября, стр. 321
Александр Дюма. Сильвандир (роман, перевод Я. Лесюка)
    I. Что представляли собою шевалье Роже-Танкред д’Ангилем и его семейство в 1708 году по рождестве Христовом, стр. 335
    II. Как шевалье д’Ангилем, которого дамы из Лоша и его окрестностей называли: одни — красавцем Роже, а другие — красавцем Танкредом, обнаружил, что у него есть сердце, стр. 348
    III. Как шевалье д’Ангилем, обнаружив, что у него есть сердце, пожелал убедиться, что у мадемуазель де Безри тоже есть сердце, стр. 358
    IV. Где автор доказывает, что родители, чьи дочери воспитываются в монастыре, могут спать совершенно спокойно, стр. 369
    V. Как шевалье д’Ангилем убежал из коллежа иезуитов в Амбуазе, намереваясь похитить мадемуазель де Безри, и какую новость он узнал по прибытии в монастырь в Шиноне, стр. 381
    VI. Где рассказано о том, как, узнав о смерти мадемуазель де Безри, шевалье д’Ангилем ощутил такое горе, что решил сделаться иезуитом, стр. 394
    VII. Как мадемуазель де Безри появилась перед шевалье д’Ангилемом, чтобы запретить ему уйти в монастырь, стр. 402
    VIII. Как в Ангилеме и в Безри узнали о том, что виконт де Бузнуа, отставной капитан фрегата «Фетида», умер, не оставив завещания, и какие изменения внесла эта новость в планы обоих семейств, стр. 409
    IX. Как и на каких условиях родители мадемуазель де Безри и шевалье д’Ангилема пришли к почти полному согласию касательно брака своих детей, стр. 416
    X. Как шевалье д’Ангилем появился в высшем свете, стр. 424
    XI. Как шевалье с пользой для себя применил уроки фехтования, которые ему преподал его отец, барон д’Ангилем, стр. 439
    XII. Как шевалье д’Ангилем познакомился с сыном индианки и какое впечатление тот на него произвел, стр. 448
    XIII. О том, как в ту минуту, когда шевалье стал добычей беспросветного отчаяния, к нему явился незнакомец и сделал предложение, которого пе ожидал ни сам Роже, ни тем более читатель, стр. 459
    XIV. О том, как таинственный незнакомец появился во второй раз и как в ходе второго свидания обстоятельства дела несколько прояснились, стр. 465
    XV. О том, как было вынесено судебное решение, стр. 474
    XVI. Как шевалье д’Ангилем, подобно истинному философу, примирился со своей участью мужа очаровательной женщины, владельца великолепного особняка и обладателя семидесяти пяти тысяч ливров годового дохода, стр. 482
    XVII. Как шевалье д’Ангилем почувствовал себя настолько счастливым, что уже готов был, по примеру самосского тирана Поликрата, бросить в море драгоценный перстень, стр. 488
    XVIII. О том, как на горизонте супружеской жизни шевалье д’Ангилема мало-помалу стали сгущаться тучи, стр. 494
    XIX. О том, как на горизонте супружеской жизни шевалье д’Ангилема поднялась настоящая буря, стр. 502
    XX. О том, как шевалье д’Ангилем, видя, что ему не позволяют выйти на свободу, вознамерился сделать это безо всякого на то соизволения, стр. 510
    XXI. О том, как король позабыл исправить несправедливость, допущенную в отношении шевалье д’Ангилема, и о том, что из этого воспоследовало, стр. 518
    XXII. О том, как король вспомнил наконец о шевалье д’Ангилеме, и о том, что из этого воспоследовало, стр. 528
    XXIII. О том, как шевалье д’Ангилема перевезли из Бастилии в замок в Шалон-на-Соне, и о том, как он совершил этот переезд в обществе полицейского офицера с весьма веселым нравом, стр. 541
    XXIV. О том, как шевалье д’Ангилем сделался таким же осторожным и скрытным, каким был покойный граф д’Олибарюс, стр. 548
    XXV. Как шевалье д’Ангилем устроил в своем особняке пожар для того, чтобы удостовериться, действительно ли он стал тем, кем опасался стать, стр. 558
    XXVI. О том, как Роже и Сильвандир совершили очаровательное путешествие в Прованс, и о том, что из этого воспоследовало, стр. 567
    XXVII. О том, как шевалье д’Ангилем узнал, что его отец не передал мадемуазель де Безри письмо, которым Роже возвращал ей свободу, и о том, что из этого воспоследовало, стр. 578
    XXVIII. О том, как шевалье Роже д’Ангилем и мадемуазель Констанс де Безри встретились вновь и обнаружили, что они еще больше, чем прежде, влюблены друг в друга, и о том, в какое смятение эта любовь повергла Роже, стр. 587
    XXIX. О том, как персидский посол Мехмет-Реза-Бег прибыл в Париж, дабы от имени своего повелителя выразить глубочайшее уважение Людовику XIV, и о том, как шевалье д’Ангилем посчитал необходимым нанести визит этому именитому сановнику, стр. 595
    XXX. О том, как маркиз де Кретте улаживал дела шевалье д’Ангилема, и о том, как наша повесть пришла к совершенно неожиданной развязке, стр. 604
    Заключение, стр. 613
Александр Дюма. Новеллы (перевод О. Моисеенко)
    Александр Дюма. Кучер кабриолета, стр. 617
    Александр Дюма. Воды Экса, стр. 636
    Александр Дюма. Маскарад, стр. 677
    Александр Дюма. Правая рука кавалера де Жиака, стр. 685
    Александр Дюма. Паскаль Бруно, стр. 708
Комментарии Л. Столярова, стр. 777

 

Скачать Александр Дюма. Том 9. Граф Монте-Кристо, части 5, 6. Сильвандир. Новеллы с Disk.yandex.ru

 

 Узник замка Иф (1988)

 

 Аудиокнига. Александр Дюма. Кучер кабриолета